Бульварное чтиво
Всем известно, что книги, которые мы читаем, бывают разные. Порою абсолютно диаметрально.
Есть серьезные авторы, чьи труды не осилить даже с нескольких попыток. А есть — авторы попроще. Чьи книги читаются в ненавязчивом режиме, который, по определению, не сильно обременяет нагрузкой мозговые процессы.
Бульварное чтиво. Вроде бы так обзываются эти книжонки, которых в любой книжной лавке в ранге от «привокзальный киоск» до «книжный развал» сыщется не одна сотня за невеликую деньгу за экземпляр. Детективчики, в частности, всякие...
Вот про них и речь. Как-то в последнее время у меня сама собой сложилась такая позиция: что бы и кто бы не говорил плохого про бульварное чтиво, но мне — нравится. Поясняю.
Мне нравится коротать редкие часы досуга чем-нибудь от Дарьи Донцовой (вот же жена подсадила, ага). И особенно нравится сие времяпровождение тем, что, читая, я автоматически в фоновом режиме отмечаю:
- ...так, а вот это слово не так пишется...
- ...так, а вот здесь непонятная сюжетная петля — к тому же об этом ранее не упоминалось...
- ...так, а здесь типографские верстальщики лажанулись конкретно...
- ...так, а вот это хороший ход, достоен награждения респектом...
- ...бля, как же страннен женский юмор: где смеяться, не понятно...
То есть при всей тривиальности этого занятия и, как может показаться и подуматься, несолидности, пользу для себя можно извлечь совершенно запросто.
Я абсолютно не стесняюсь, когда говорю, что почитываю Дарью Донцову, потому что в этом нет ничего зазорного (при грамотном подходе и осмыслении процесса, естественно). Кроме того я, не стесняясь, посылаю на хер тех, кто говорит мне о том, что бульварное чтиво суть хрень и недостойно ни малейшего внимания и траты драгоценного времени на прочтение.
Но самое парадоксально-прикольное в том, что ярые противники бульварщины зачастую сами украдкой затирают до дыр всякие желтые газетенки и последнее серьезное произведение, ими прочитанное, было, в лучшем случае, «Мастер и Маргарита» Булгакова. Да и то, прочтение это состоялось в покрытые пылью времена обучения в школе, то бишь давно, и в силу этого — «неправда».
Да и вообще.
Подвергнуть критике можно любого писателя, будь то Толстой, Пелевин, Ахматова или вышеупомянутая Донцова.
Но давайте зададим вопрос критикану: «А с чего это ты, сноб ты печальный, раскритиковался? А сам ведь ни хера же не написал чего-нибудь стоящего — так и фуячишь от аванса до зарплаты, от зарплаты до аванса и далее по циклу. Завидуешь?»
И он ответит: «Нет».
Хотя на самом деле — «Да».
27.06.2010 г.